Есть люди, которым тесно в пределах собственной эпохи.
Педро Мартинес де Луна был из таких.
Он родился в 1328 году в знатной арагонской семье Луна — с гербом, амбициями и привычкой смотреть на мир сверху. Получил блестящее образование в Монпелье, стал одним из лучших знатоков канонического права в Европе, преподавал, спорил, побеждал. Его называли холодным умом, безупречной логикой, человеком, который знает церковное право лучше, чем сама Церковь.
В 1375 году он стал кардиналом.
Через три года Европа раскололась.
Раскол, который сделал его папой
1378 год. Умирает папа Григорий XI. Римляне требуют, чтобы новый понтифик был итальянцем. Под давлением толпы избирают Урбана VI. Часть кардиналов заявляет: выборы были проведены под угрозами, следовательно — недействительны.
Они выбирают второго папу — Климента VII.
Он обосновывается в Авиньоне.
Так начинается Великий западный раскол — почти сорок лет, когда у христианского мира было два, а потом и три папы одновременно.
Европа делится не по догматам, а по политике.
Франция, Арагон, Кастилия и Шотландия — за Авиньон.
Англия и Священная Римская империя — за Рим.
Педро де Луна — на стороне Авиньона. И не как статист, а как стратег. Он отстаивает юридическую безупречность «авиньонской линии» с таким блеском, что становится её главным интеллектуальным щитом.
В 1394 году, после смерти Климента VII, его избирают папой.
Он принимает имя Бенедикт XIII.
И это не пародия. Это не маргинальная фигура.
Это понтифик, признанный королевствами.
Ему подчиняются епископы.
Его имя читают в литургии.
Он — папа. Настоящий.
Первый надлом
Проблема в том, что Европа устала от двух пап. Устала от анафем, от двойных назначений, от раздвоенной Церкви. Короли требуют компромисса.
Французская корона предлагает Бенедикту XIII добровольно уйти ради мира.
Он отвечает отказом.
Не потому что любит власть.
Потому что уверен: он законен.
В 1398 году Франция отзывает признание. Авиньон осаждают. Бенедикт оказывается фактически под стражей в папском дворце. Пять лет он живёт в изоляции, отрезанный от мира, пока в 1403 году не бежит.
Он спасён.
Но Европа уже смотрит на него иначе.
Трое пап — слишком много даже для Средневековья
В 1409 году собирается Пизанский собор.
Он решает проблему радикально: объявляет недействительными обоих пап — и римского, и авиньонского — и избирает третьего.
Теперь пап трое.
История становится фарсом.
И Бенедикт XIII — один из главных его персонажей.
Но он не смеётся.
Констанц. Момент, когда можно было уйти
В 1414 году собирается Констанцский собор — серьёзный, масштабный, поддержанный императорами. Он должен покончить с расколом.
Римский папа Григорий XII соглашается отречься.
Пизанского Иоанна XXIII смещают.
Остаётся Бенедикт XIII.
Ему предлагают то же самое: сложить полномочия ради единства Церкви.
Он отвечает отказом.
Он убеждён, что именно он — единственный законный папа, избранный правильной коллегией кардиналов, без давления толпы и политического шантажа. Его аргументы безупречны с точки зрения канонического права.
Но мир больше не хочет аргументов.
Мир хочет конца раскола.
В 1417 году Констанцский собор объявляет его низложенным и избирает Мартина V. Европа постепенно признаёт нового папу.
Бенедикт XIII — нет.
Сжатие мира
Король Арагона, его собственный монарх, отказывается от поддержки.
Союзники исчезают.
Послы перестают приезжать.
Он уезжает в Пеньисколу — в замок на скале, омываемой Средиземным морем.
Отсюда он продолжает править.
Пишет буллы.
Назначает епископов.
Отлучает врагов.
Его власть — это несколько верных слуг, горстка сторонников и убеждённость, которая не даёт трещин.
Европа живёт с папой Мартином V.
Пеньискола живёт с Бенедиктом XIII.
Папа для нескольких
Годы идут. Ему за восемьдесят. Потом за девяносто.
Он остаётся непреклонным.
В 1422 году, понимая, что круг сужается до размеров трапезной залы, он назначает новых кардиналов — из числа своих же приближённых.
Мир давно не признаёт его.
Но он продолжает воспроизводить папскую структуру власти — будто весь христианский мир по-прежнему слушает его распоряжения.
Это уже не борьба за престол.
Это борьба за право быть правым.
Он не видит себя проигравшим.
Он видит себя последним верным.
Смерть
23 мая 1423 года Педро де Луна умирает в Пеньисколе.
Ему девяносто четыре или девяносто пять лет.
До конца он называет себя Бенедиктом XIII, законным понтификом.
До конца убеждён, что история ещё разберётся.
После его смерти двое назначенных им кардиналов избирают нового «папу» — Климента VIII. Эта линия угаснет через несколько лет.
Раскол завершится.
Европа вздохнёт.
А Пеньискола останется с легендой.
Великий и жалкий
Он был одним из самых образованных людей своего времени.
Кардиналом с безупречной репутацией.
Папой, признанным королевствами.
И он же стал папой, признанным несколькими людьми в крепости на скале.
Он не был безумцем в клиническом смысле.
Он был одержимым правотой.
В этом и трагедия.
Где-то между юридической строгостью и человеческой гибкостью проходит невидимая граница. Бенедикт XIII её не увидел. Или не захотел увидеть.
И потому его образ двойственен:
величественный и упрямый,
масштабный и почти комичный,
трагический — и немного смешной.
Скала Пеньисколы стоит до сих пор.
Море шумит так же, как в XV веке.
А где-то в тени крепостных стен всё ещё угадывается силуэт старика в белом, который до последнего дня был уверен, что весь мир ошибается — и только он один прав.
Другие статьи
Замок Пеньисколы: тамплиеры и мятежный Папа Луна
Как самостоятельно добраться из Барселоны в Жирону
Больница Святого креста и Святого Павла в Барселоне - полезная информация
Write a comment