Впечатление. Восходящее солнце - Клод Моне

Впечатление. Восходящее солнце - Клод Моне

Немного сыщется в истории живописи картин, в честь которых давали бы название целому направлению. Картина Клоде Моне "Впечатление. Восходящее солнце" (1872) - как раз такой случай. Любой, даже самый далекий от искусства человек наверняка краем правого или левого уха слышал о таком течении в живописи, как импрессионизм - потому что не услышать о нем нельзя. Это самый авангардный прорыв в изобразительном искусстве 19-го века, настоящая революция, которая, так уж получилось, была названа по имени  этой совсем небольшой (48 х 63 см) и, на первый взгляд, совершенно невзрачной картины Моне, название которой в оригинале выглядит следующим образом: Impression, soleil levant (фр.)

Сегодня слово "импрессионизм" давно обрело культовый статус. Стоит произнести его, и в воображении, окутанном романтической дымкой - совсем как на картине "Впечатление" Клода Моне - тут же возникает веселая и беззаботная ватага французских художников, прожигавших жизнь в увеселительных заведениях, водивших дружбу с проститутками, не имевших за душой ни единого су - и писавших при этом восхитительные полотна, ниспровергавшие напрочь весь скучный академический вздор, который в 19-ом веке все еще продолжали называть живописью. 

Продолжали, понятно, по инерции - поскольку живописи там давно уж не осталось: только мертвое ремесло, общественное признание, денежные заказы и страх нарушить хотя бы на полшага заданные предшественниками и одобренные общественностью рамки. 

У Моне, Мане, Сислея или Дега ничего этого не было: ни денег, ни признания, ни, тем более, страха. Боятся лишь те, кому есть, что терять. Как истинные революционеры от искусства, эти молодые люди, патологически не желавшие становиться частью системы, которую они осознанно отвергли и предали, упорно пытались проторить в искусстве свою собственную стезю - и, агрессивно противопоставив себя традиции, вряд могли рассчитывать на теплый прием. 

"Прием" и не был - теплым. Вердикт как публики, так и коллег по цеху, был однозначным: бездарная мазня и барахло. Шлак. Отстой - используя более близкие нашему времени категории. Это сегодня при слове "импрессионизм" сразу пахнет абсентом, гениальностью и Парижем - а в те времена, когда все начиналось, от него несло сточной ямой. Слово "импрессионизм", между прочим, было придумано как ругательство - если совсем уж придерживаться исторической правды.  

Изобрел этот оскорбительный термин Луи Леруа - не самый талантливый французский драматург и журналист. 25 апреля 1874 года в сатирическом журнале Le Charivari, с которым сотрудничал Леруа, была опубликована его статья, посвященная первой выставке "тех самых французов" -  Моне, Дега, Писарро, Ренуара и еще трех десятков "молодых ниспровергателей". 

В этой статье,  выдержанной в негативно-сатирическом тоне, Леруа, истекая праведной желчью, окрестил восставших против традиции художников "импрессионистами", взяв за основу название картины Моне "Впечатление. Восход солнца". Язвительный критик даже помыслить не мог, что войдет в историю искусства не из-за своих бездарных пьес или фельетонов, но исключительно благодаря придуманному им "ругательству". Те, кого он пытался оскорбить, не стали, вопреки ожиданиям,  открещиваться от нового имени и приняли оскорбление, как награду, с той поры начав именовать себя импрессионистами. 

Понятно, что картине "Впечатление. Восходящее солнце", оказавшейся в эпицентре негативного внимания, досталось больше всего. Это живопись? Да вы, должно быть, шутите - даже обойная бумага смотрится лучше! В крайнем случае, эту безобразную серую мазню можно назвать этюдом - но уж никак не картиной! Эдак всякий, кто купит краски и кисть, может сразу назвать себя гениальным художником - раз уж для этого не нужно учиться рисовать! 

Рисовать Клод Моне умел. А еще он, к счастью, обладал совершенно непробиваемым защитным панцирем, от которого любая критика отскакивала, как вишневые косточки от танка. Клод Моне, в определенном смысле, и был танком - тяжеловесным упрямым сыном гаврского бакалейщика, который шел к своей цели: рисовать так, как он считает нужным - слишком  трудно и чересчур долго, чтобы какие-то критики могли заставить его усомниться в правильности избранного пути. 

Моне не то чтобы недолюбливал критиков - он вообще не принимал их в расчет. Если на то пошло, он и всех людей в целом считал довольно сомнительным экспериментом природы - и потому преподчитал не занимать ими пространство своих работ - за редкими исключениями. Гораздо сильнее ему нравились менее одушевленные вещи - например, кувшинки, или порт родного Гавра, изображенный им в картине "Впечатление. Восходящее солнце". 

Для того, чтобы по-настоящему открыть красоту этого места, Моне понадобился сущий пустяк: вырасти, попытать удачи в Париже, пожить в Англии, затем в Голландии, после вернуться на время в город, где всё начиналось - и увидеть его новыми глазами. И не просто увидеть, но и запечатлеть. Причем, запечатлеть не действительность, но впечатление от действительности, возникшее в его персональном восприятии. В этом вся суть, и вся революция, о чем сам Моне в момент написания картины, конечно же, догадывался - но, возможно, не в полной степени. 

Клод Моне. Впечатление. Восходящее солнце (1872)

Клод Моне. "Впечатление. Восходящее солнце".

Мир существует лишь постольку, поскольку его воспринимает конкретный инидивид. И существует он именно в том виде, в каком его воспринимает конкретный индивид - но никак не в общем для всех облике. То есть, доминирующим при изображении действительности должна являться не она сама, но впечатление от нее, и задача художника - верно это субъективное впечатление "ухватить" и передать доступными ему техническими средствами на холсте. 

Истинная революционная суть импрессионизма заключается не в смещении акцентов при создании живописного произведения и не в  изобретении новых техник письма - но, прежде всего, в утверждении главенства субьективного над объективным, и художника - над реальностью. 

Не бывает "действительности общего пользования"; превыше всего - субъективная реальность - заявляют импрессионисты, и в этом с ними трудно не согласиться. 

В свое время Ренессанс стал такой же революцией - но там речь шла  несколько о другом: о том, чтобы установить в центр творческой Вселенной человека, слега потеснив Бога. Импрессионизм - это прорвавшийся, подобно лопнувшей мозоли, бунт художников  против вторичности искусства по отношению к действительности. 

Впоследствии, ровно из тех же революционных соображений, Казимир Малевич, задавленный доминантой реальности и жаждущий выбраться из-под ее каменного надгробного гнета,  напишет "Черный квадрат", а Пикассо - своих "Авиньонских девиц". И Сальвадор Дали с его "параноико-критическим методом" - не что иное, как продолжение все того же бунта, суть которого остается неизменной: художник не копирует действительность - он ее создает!  

Таким образом, картина Клоде Моне, совершенно правильно озаглавленная художником "Впечатление. Восходящее солнце" - это вовсе не вид старого аванпорта Гавра - нет! Это мимолетное, как взмах крыла бабочки, впечатление, возникшее в восприятии Клода Моне 13 нобяря 1875 года в 07:35 утра - и затем с максимальной точностью переданное им на холсте. 

Рыбацкие лодки на переднем плане, высокие масты клиперов, трубы пароходов и подъемные краны, едва видные в утреннем тумане... А где-то там, вдали - упорно пытающееся пробиться к земле красно-оранжевое солнце, окруженное фиолетовым, как и положено у импрессионистов, небесным окном...

Впоследствии, когда импрессионизм все-таки доказал свое право на существование, картина Клода Моне "Впечатление. Восходящее солнце" внезапно обрела в общественном мнении массу достоинств - сама не изменившись при том ни на йоту. Но это ничуть не странно, исходя из концепции импрессионизма: ведь люди видят не картину Моне, но всего лишь свое впечатление от нее - мимолетное, как взмах крыла бабочки. А впечатление, как известно, зависит от сочетания немыслимого множества факторов, предсказать которые - невозможно. 

Сегодня "Впечатление. Восходящее солнце" считается непревзойденным шедевром мировой живописи и по праву входит во все списки самых известных картин мира", а через сто лет, возможно, об этой картине никто и не вспомнит - чтобы через пятьсот вновь извлечь ее из пыльного небытия и вознести на самый Олимп. Что есть мир, как не бесчисленное множество мгновенных впечтлений, не поддающихся прогнозам, разуму и логике? И разве не этим он прекрасен? 

Write a comment

Comments: 0